Previous Entry Share Next Entry
История РПЦ. Обновленчество (3)
pravdoiskatel77
Оригинал взят у teterevv в История РПЦ. Обновленчество (3)

Церковь в Завещании Патриарха вовсе не капитулировала перед властью, как хотят представить представители РПЦЗ. В вопросах служения Истине она категорически наставила на свое полной независимости от власти. Патриарх в своем последнем обращении к народу лишь констатировал исторический факт: новая власть в России - это Советская власть. Эта власть - подлинно власть народная. А воевать со своим народом - грех.

(Цитаты по истории Церкви, выделенные в тексте зеленым цветом, взяты из «История Русской Православной Церкви 1917 – 1990 гг.» прот. Владислава Цыпина. Цитаты черного цвета - выдержки из соответствующей статьи в Википедии).

Мы закончили на том, что благодаря активной деятельности Временного Синода, созданного Патриархом после окончания его ареста в июне 1923 года ситуация с обновленческим расколом перестала быть такой угрожающей для РПЦ.

«Под омофор Патриарха возвратились и иерархи, среди них митрополит Сергий (Страгородский), архиепископ Серафим (Мещеряков), епископы Филипп (Ставицкий), Севастиан (Вести), Софроний (Арефьев), Никон (Пурлевский). Возвращаются в Церковь и лжеархиереи обновленческого поставления Антоний Панкеев, Петр Савельев».

А освобождение Патриарха из ареста в Донском монастыре произошло после начала нормализации отношений Церкви и Советской власти.

«В январе 1924 года Патриарх издал указ о молитвенном поминовении государственной власти за богослужением: «О стране Российской и властех ея», а 21 марта 1924 года Президиум ВЦИК принял постановление о прекращении дела Патриарха Тихона и его сподвижников».

Но говорить о переломе ситуации в пользу РПЦ пока было рано. Я уже писал о тех странностях в политике по отношению к церкви, когда с одной стороны ее громят обновленчеством, а с другой, позволяют Патриарху защищаться, хотя он был полностью в руках ГПУ, находясь под арестом.

Сторонники политики разгрома РПЦ меняют тактику борьбы.

«Была поставлена задача подчинения всех обновленческих групп единому центральному органу, который должен был приобрести более респектабельный вид…»

Но что не предпринимай, пока есть живой символ борьбы за Истину - Патриарх - все будет тщетно.

«10 — 18 июня 1924 года в Москве состоялось обновленческое «Великое Предсоборное Совещание Российской Православной Церкви», которое избрало своим почётным председателем Константинопольского Патриарха Григория VII…».

Появляется фигура Патриарха иной поместной церкви, как бы в противовес Патриарху Российскому. Это новое сборище полагало, что имеет некие авансы от Советской власти. Это было бы так, если сторонники политики разгрома РПЦ при помощи обновленцев реально имели в планах заместить РПЦ этим раскольническим собранием. Но оказалось, что дело обстоит иначе:

«Совещание обратилось с петицией в СНК о предоставлении священнослужителям прав членов профсоюзов, разрешения обучения детей Закону Божию до 11 лет, ведения актов гражданского состояния, возвращения чудотворных икон и мощей, конфискованных в музеи; во всех просьбах было отказано».

Все эти игры с обновленцами имели и сугубо материальный характер:

«1 ноября 1924 году антирелигиозная комиссия приняла решение поручить Е. А. Тучкову «через обновленческий синод начать кампанию по образованию за границей обновленческих групп, которым бы наши полпреды могли передавать церковное имущество в связи с признанием СССР».

Но в целом ситуация с обновленцами и РПЦ в течение 1924 года существенно не поменялась. Все изменилось со смертью Патриарха Тихона.

Роль Патриарха в это время была огромна. Он пытался разделить ее с близкими ему иерархами:

«28 февраля 1925 года Патриарх Тихон обратился в НКВД с новым ходатайством о регистрации Священного Синода в составе: Патриарх Московский и всея России Тихон — председатель, митрополит Нижегородский Сергий (Страгородский), митрополит Уральский и Николаевский Тихон (Оболенский), митрополит Тверской и Кашинский Серафим (Александров), митрополит Крутицкий Петр (Полянский), епископ Херсонский и Одесский Прокопий (Титов), временно управлявший Самарской епархией епископ Мелитопольский, викарий Таврической епархии Сергий (Зверев). Ходатайство удовлетворено не было».

Мы видим, что митрополит Сергий, которого в последствии обвинят в предательстве в том числе и политики Патриарха был в числе лиц, которым он безусловно доверял. Здоровье Патриарха ухудшалось. В конце 1924 года была совершена уже прямая провокация против Патриарха.

«9 декабря при попытке разбойного нападения на дом Патриарха в Донском монастыре был убит Яков Анисимович Полозов — весьма близкий Патриарху человек, бывший его келейником с 1902 года. Это произвело на Патриарха крайне гнетущее впечатление; он настоял, несмотря на сопротивление властей, на том, чтобы Полозов был похоронен на территории Нового Донского кладбища…»

В этих условиях Святейший вряд ли стал вводить в состав Синод лиц, в которых хотя бы частично сомневался. А времени у Патриарха оставалось мало.

«В конце 1924 года здоровье Святейшего Патриарха Тихона, потрясенное выпавшими на его долю многими тяжкими испытаниями, резко пошатнулось.
… 13 января он согласился переехать из Донского монастыря в частную клинику Бакуниной на Остоженке, где в его лечении участвовал знаменитый врач профессор Плетнев.
В клинике его здоровье заметно поправилось.
Но 2 апреля после зубоврачебной операции состояние Патриарха Тихона внезапно резко ухудшилось.
Тем временем Синод вел переговоры с представителем государственной власти Тучковым об издании нового обращения к пастве от лица Патриарха. В праздник Благовещения состоялось экстренное заседание Синода, на котором обсуждался текст этого документа».

Мы еще раз убеждаемся, какова была личная роль Патриарха в этой относительно спокойной ситуации между РПЦ и властью. Приходилось вести переговоры, чтобы опубликовать обращение к пастве, в условиях резкого ухудшения здоровья Предстоятеля, по существу, завещания. Это «завещание», подписанное Тихоном в день своей кончины, было опубликовано «через неделю после преставления Патриарха Тихона, 15 апреля в «Известиях» и «Правде».

Вот несколько цитат из этого документа:

«В годы великой гражданской разрухи по воле Божией, без которой ничего в мире не совершается, во главе Русского государства стала Советская власть, принявшая на себя тяжкую обязанность - устранение жутких последствий кровопролитной войны и страшного голода...

Представители Советской власти еще в январе 1918 года издали декрет о полной свободе граждан веровать во что угодно и по этой вере жить. Таким образом, принцип свободы совести, провозглашенный Конституцией СССР, обеспечивает всякому религиозному обществу, и в том числе и нашей Православной Церкви, права и возможности жить и вести свои религиозные дела, согласно требованиям своей веры...

Пора понять верующим христианскую точку зрения, что «судьбы народов от Господа устрояются» и принять все происшедшее как выражение воли Божией. Не погрешая против нашей веры и Церкви, не переделывая чего-либо в них, словом, не допуская никаких компромиссов или уступок в области веры, в гражданском отношении мы должны быть искренними по отношению к Советской власти и работе СССР на общее благо, сообразуя распорядок церковной жизни и деятельности с новым государственным строем, осуждая всякое сообщество с врагами Советской власти и явную или тайную агитацию против нее.

...Призываем и церковноприходские общины и особенно их исполнительные органы... не питать надежд на возвращение монархического строя и убедиться в том, что Советская власть - действительно народная рабоче-крестьянская власть, а потому прочная и непоколебимая... Деятельность православных общин должна быть направлена не в сторону политиканства, совершенно чуждого Церкви Божией, а на укрепление веры Православной, ибо враги Святого Православия – сектанты, католики, протестанты, обновленцы, безбожники и им подобные стремятся использовать всякий момент в жизни Православной Церкви во вред ей...

С глубокой скорбью мы должны отметить, что некоторые из сынов России, и даже архипастыри и пастыри..., занялись за границей деятельностью, к коей они не призваны и, во всяком случае, вредной для нашей Церкви... Мы решительно заявляем: у нас нет с ними связи, как это утверждают враги наши, они чужды нам. Мы осуждаем их вредную деятельность. Они вольны в своих убеждениях, но они в самочинном порядке и вопреки канонам... действуют от нашего имени и от имени Святой Церкви, прикрываясь заботами о ее благе. Не благо принес Церкви и народу так называемый Карловацкий Собор, осуждение коего мы снова подтверждаем...

...Мы выражаем твердую уверенность, что установка чистых, искренних отношений побудит нашу власть относиться к нам с полным доверием, даст нам возможность преподать детям наших пасомых Закон Божий, иметь богословские школы для подготовки пастырей, из­давать в защиту Православной веры книги и журналы...».

Этот документ и лег в основу все дальнейшей политики, проводимой Церковью в отношении государства.

Он для нас очень важен, так как, с одной стороны, все обвинители РПЦ в «сергианстве» не ставят под сомнение положительную оценку действия Тихона в период его Патриаршества. А с другой стороны, мы видим, что в этой точке траектории развития отношений РПЦ и власти в рамках второй из обозначенных политик была возможность не просто мирного сосуществования, а более или менее гармоничного.

Приведенный документ оспаривается противниками т.н. «сергианства» как подложный. Желающим можно ознакомиться в аргументацией и версиями его написания тут. Но ничего подобного не заявляют члены Временного Синода, ведшие переговоры с властью о его публикации. Я соглашусь с тем, что, скорее всего, какие формулировки в нем могли быть изменены. Но не столь существенные, чтобы не вызвать возмущение близких к Патриарху иерархов, дальнейшей судьбой своей доказавших чистоту своей совести.

Для меня важно другое. В этом документе еще раз предлагается формула сосуществования Церкви и государства, устраивающая обе стороны. Ведь власть не позволила бы публиковать «завещание», тем более в «Правде», если бы в нем говорилось что-то противное ее планам.

А Церковь в этом документе вовсе не капитулировала, как хотят представить представители РПЦЗ перед властью. В вопросах служения Истине она категорически наставила на свое полной независимости от власти. Патриарх в своем последнем обращении к народу лишь констатировал исторический факт: новая власть в России -это Советская власть. Эта власть - подлинно власть народная. А воевать со своими народом - грех.

Конечно же,  для «партии войны» с Церковью такое положение веще было недопустимо. И после смерти Патриарха Тихона мы видим новую волну активности обновленцев и новые провокации в адрес Церкви.

Предыдущая статья цикла,
первая.


promo pravdoiskatel77 november 2, 20:48 16
Buy for 60 tokens
У политиков бывают иногда совер шенно безвыходные положения, когда приходится делать то, что делать вредно и потому не хочется. Именно к такому случаю надо отнести появление Путина в компании Патриарха Кирилла и мэра Москвы Сергея Собянина на открытии мемориала Стены скорби по жертвам…

?

Log in

No account? Create an account