pravdoiskatel77 (pravdoiskatel77) wrote,
pravdoiskatel77
pravdoiskatel77

Categories:

Каталонский сепаратизм — это кого надо сепаратизм

Ж
Журналист Андрей Бабицкий — о том, как испанские власти с помощью полицейских дубинок возродили идею европейского сепаратизма.
Чтобы было предельно понятно, как испанское правительство в ущерб интересам всей страны накуролесило в Каталонии, я проведу одну знакомую мне не понаслышке параллель из нашей не такой уж и давней истории. Несмотря на то что речь идёт о несколько иных временах и нравах, первая чеченская война может служить прекрасной иллюстрацией того, насколько безумным было решение Мадрида сорвать каталонский референдум.

В конце 1994 года режим Джохара Дудаева, просуществовавший в течение трёх лет в условиях провозглашённой независимости от России и успевший за это время развалить всё, что хоть как-то ещё функционировало, дышал на ладан. Население республики мечтало только об одном: как бы избавиться от сумасбродного и недееспособного президента. Джохару оставалось недолго — на очередных выборах ему ничего не светило, вообще ничего. Москве, если бы она была заинтересована в отстранении от власти северокавказского смутьяна, не надо было предпринимать никаких действий — просто дождаться, когда сами чеченцы тем или иным образом препроводят его или на заслуженный отдых, или на скамью подсудимых.

Однако Борис Ельцин направил в Чечню войска, желая продемонстрировать эффектную победу. Победы не вышло, а население Чечни вновь вернуло опостылевшему президенту свои симпатии — уже не столько как главе республики, сколько как военачальнику, лидеру сопротивления. Это, правда, не спасло его от российской ракеты, взрыв которой оборвал жизнь первого чеченского президента в 1996 году. Применение военной силы породило множество проблем, расхлёбывать которые России предстояло в течение долгого времени. Десятки тысяч погибших в ходе боевых действий, при терактах, растянувшаяся более чем на 10 лет война с исламистским подпольем — всего этого можно было избежать одним простым способом: не применять силу.

В данном случае прослеживается прямая аналогия с ситуацией в Каталонии. По социологическим опросам, большая часть жителей этой испанской области — 44 процента — до нынешних событий выступала против самоопределения. Поддерживал её 41 процент. Собственно, и само правительство, принявшее решение о проведении референдума за независимость, неоднократно заявляло, что речь идёт о предоставлении жителям Каталонии возможности высказать своё мнение. А дальше, если проголосуют за, то переговоры, учёт взаимных интересов, вовсе не обязательно развод, просто другая форма автономизации. Как у басков, к примеру, которым позволили самостоятельно распоряжаться своими налогами. А если проголосуют против, тогда и говорить не о чем.

Сейчас — после сотен пострадавших, избитых полицейскими каталонских дедушек и бабушек, разорённых школ, где должны были располагаться избирательные участки, арестов чиновников и прочих прелестей — ситуация кардинально изменилась. Люди обозлены, взбудоражены запретами и применением грубой силы, а кроме того, в таких случаях обыватель всегда начинает подозревать государство в желании спрятать от него волшебный ключ от шкатулки с удовольствиями: "Если власть так отчаянно не желает независимости, значит, она — это что-то чудесное, желанное, дарующее неземное наслаждение". Буквально за несколько дней Мадрид умудрился превратить изнеженных сибаритов из курортного рая, которые в большей степени, нежели чем-то иным, были озабочены выбором между разными сортами поэльи, в угрюмых и взбешённых сепаратистов.

Мы не знаем, что будет дальше: дойдёт ли дело до серьёзных столкновений, репрессий, появится ли подполье... Мне почему-то кажется, что Правительство Испании пойдёт на попятную, поняв, что оно, во-первых, не обладает достаточным силовым ресурсом для подавления каталонского сепаратизма, а во-вторых, просто не может себе позволить применение ещё более жёстких форм насилия. Одного сегодняшнего дня хватило, чтобы Европа испытала настоящий шок. Поэтому, скорее всего, Мадриду придётся как-то тихо капитулировать, умоляя, чтобы руководство Каталонии позволило ему сохранить лицо на людях.

Но идея европейского сепаратизма несомненно обрела сегодня второе дыхание, куда более бодрое и глубокое, чем первое: в неё вдохнули животворящий импульс, отправив призрак совсем уже было затухавшей борьбы малых европейских народов за свои права гулять по городам и весям, набираясь богатырской силы.

Сейчас развернулась дискуссия, как к этому должна отнестись Россия, поскольку каталонский сепаратизм потенциально угрожает и нам. Скажем, регионы-доноры, не желая кормить дотационных собратьев, начнут вновь заявлять о своих намерениях жить самостоятельно. Это домыслы. Мы проблему собственного сепаратизма заглушили и обездвижили на очень долгое время, поскольку чеченский опыт — не из-за силового подавления, а из-за того, что устроили на своей земле чеченцы, получив де-факто независимость — не хотелось бы повторять никому. У населения есть уверенность, что спасаться в сегодняшних — не самых благоприятных по разным причинам — условиях надо всем миром, сообща, а не по отдельности. Мода на суверенитет осталась в далёком прошлом и едва ли вернётся в обозримой перспективе.

Для нас каталонский кризис интересен — кто бы за ним ни стоял — леваки или правые националисты — тем, что он взламывает ставшую крайне недружественной по отношению к России модель объединённой Европы, закладывает мину в самое сердце глобалистского мира. Никакой особой катастрофой это континенту не угрожает, а некоторая верификация веры в наднациональное, стандартизированное, навязываемое из Брюсселя как единая норма в самых разных сферах нашим европейским братьям явно не повредит. Да и попрание демократических норм, за которые, как известно, Россия голову положит, — это наша вековечная забота. Мы не вправе мириться с тем, что каталонцам цинично и злонамеренно запретили выразить своё мнение на референдуме. У меня всё.

Tags: Каталония, сепаратизм
Subscribe
Buy for 60 tokens
Оригинал взят у beriozka_rus в За сносом в Европе памятников героям Второй мировой войны стоят США Американцы требуют от одной из восточноевропейских стран ускорить снос памятников героям Красной армии. Об этом заявил глава МИДа Сергей Лавров. Речь может идти о Польше или Болгарии,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment