pravdoiskatel77

Categories:

Культура факта и бескультурье ума

 Владимир Бушин

Клич Горбачева «Гласность без границ!», как и другие его вопли  («Новое мышление!»…«Ускорение!»…«Больше социализма!»), кроме всех прочих  бед для народа, обернулись ещё и наводнением страны фальшивками,  фальсификациями, бесчисленными «версиями» разных давно и хорошо  известных событий, прямым враньем под видом уничтожения «белых пятен»  истории. Это же все стало теперь так просто! Почти во всех редакциях,  как не приносящие прибыли, ликвидированы бюро проверки. Ну и вообще  свобода! Страсть к «новой интерпретации», к «свежему взгляду», к  «нетрадиционной трактовке» стали национальным бедствием России, которую  не без основания стали называть «страной с непредсказуемым прошлым».

Вот  одна из последних вспышек этого бедствия: Недавно в «Литературной  газете» напечатана статья о том, что П.А.Вяземский едва ли был другом  Пушкина, как это лет двести считали. Ведь известно, что жена Пушкина  была красавица, и Петр Андреевич мог влюбиться в нее. И что тогда?.. То  есть очень хочется найти еще одного негодяя в русский литературе. Им  мало тех, что они уже откопали. Но об этом после…

Однажды еще в  пору первых веяний катастрофы известная актриса Светлана Николаевна  Мизери, с которой я познакомился на своем творческом вечере в ЦДЛ,  любезно пригласила меня в свой театр посмотреть их спектакль «На дне».  Прихожу, а он у них идет под названием «Без солнца». После спектакля я  зашел к директору и спросил, почему, зачем? Оказывается, таково было  первоначальное название пьесы. Ну и что? То или иное изменение  первоначального замысла обычное дело в искусстве. Пьеса написана и  поставлена во МХАТе в 1902 году, и при жизни автора под заглавием «На  дне» шла больше тридцати лет во все мире. Разве этого недостаточно?  Неужели не понятно, что театр наплевал на волю автора. Вот – только бы  не так, как прежде! Но ведь тут даже во вред себе. Под новым-старым  заглавием на афише люди не могут узнать знаменитую пьесу и не пойдут на  спектакль, но посмотреть «На дне» пошли бы.

Фальшивки бывают  разные: в одних лживый текст, в других – авторство, в третьих – то и  другое. Есть фальшивки, для разоблачения которых не нужны ни  свидетельские показания, ни архивы, ни сличение текстов, достаточно  просто некоторых усилий памяти и ума. Увы, многим такие усилия делать  лень, а порой они им и недоступны.

Нередко фальшивки фабрикуются  как бы походя, легко и просто, даже с некоторым налетом изящества и не  совсем понятно, зачем. Вот два известных человека «русского мира» -  кинорежиссер, директор «Мосфильма» Карен Шахназаров и юморист, мастер  художественного слова Михаил Жванецкий. Первый постоянно называет себя  советским человеком, второго я скорее назвал бы homo antisovetikum.

В  беседе с журналисткой Юлией Шигаревой, напечатанной 23 мая в  «Аргументах и фактах», режиссёр восхищается тем, что сейчас делается в  стране и старается оправдать неполадки, порой трагические. Журналистка  говорит: «Почему в советское время и футбол хорошо играли (Тут, может  быть, что-то началось - В.Б.) и фильмы снимать умели, и ракеты  запускали, которые не падали? Сколько времени должно пройти, чтобы мы  снова научились все это делать хорошо?» Собеседник отвечает: «Я -  советский человек… Но когда смотрю на инфраструктуру, которую за эти  годы построили… Ну не было этого в СССР! Всех этих торговых центров,  развязок, заправок… Мост вон построили! Чего ты улыбаешься?»

А  причин для улыбок у милой Юли здесь немало. Во-первых, все это, в том  числе и замечательный Крымский мост, действительно инфраструктура, т.е.  нечто полезное, но подсобное, вспомогательное, и ни торговые центры, ни  стадионы, ни даже этот прекрасный мост не могут быть плацдармом для  обещанного вот-вот эпохального прорыва. А где настоящие плацдармы -  фабрики, заводы, промышленные комбинаты? Многие из них беспощадно  уничтожены и восстанавливаться или строить новые власть не будет, потому  что заводы рождают рабочий коллектив, рабочий класс, он наверняка  сплотится, организуется, попробуй тогда справься с ним, это смерть для  буржуазии, и потому она предпочитает и дальше сидеть на газовой трубе и  совать в свои карманы миллионы. Во-вторых, возможно, Юля читала в  «Экспресс-газете» № 22 статью «Крымский мост строили всем миром». В ней  сообщается, что в сооружении замечательного моста принимали участие  разного рода фирмы и концерны США, Англии, Германии, Франции, Италии,  Голландии и даже Финляндии, а щебень волокли с Украины. Но в  телерепортажах с моста мы, видели, конечно, только русские физиономии. А  как же! Так что Юля Шигарева не пустая хохотушка.

Да, из того,  что ныне есть, многого не было в СССР. Сунь руку в карман, там мобильный  телефон. Это же многофункциональное чудо! Не было его в СССР! Так ведь  прошло почти тридцать лет, техника во всем мире ушла далеко вперед, а у  нас и ныне в карманах только разные «самсунги» да вот еще недавно  слепили в единственном экземпляре семиметровый «членовоз» для  президента. Ну, и, конечно, нельзя не упомянуть «Сармат» и еще несколько  небывалых ракет, достигающих любой очки планеты. Прекрасно! Но в школах  Москвы сейчас эпидемия вшивости, чего в Советское время и быть не  могло, а против нее «Самрат» бессилен. Разве что послать в школы  Росгвардию с гребешками да отряды МЧС… 

«Вы оглянитесь кругом, –  продолжает Шахназаров,- все время что-то строят!» Да, строят то самое,  что он уже назвал, а я могу еще и добавить: стадионы, особняки, церкви,  кажется, начали строить заводы по переработке мусора…Но ведь и это все  для вот-вот-прорыва – «Нет времени на раскачку!» - не шибко подходит.

«Москва  стала другой, пожалуй, лучше той, в которой я вырос…Конечно, лучше!»… А  как ему, художнику, родившемуся в 1952 году, ровеснику президента,  вспоминается та, в которой он вырос? Оказывается, вот как: «Москва в  советское время была городом милым, но достаточно безликим…» Неужели,  Юля, вы опять не улыбнулись, услышав и это?

В 1903 году в Москве  побывал известный норвежский писатель Кнут Гамсун, впоследствии  Нобелевский лауреат. В путевых заметках, озаглавленных «В сказочном  царстве», он писал: «С Кремлевского холма открывается  великолепнейший вид. Я и представить себе не мог, что на земле есть  такой город: куда ни глянь, повсюду зеленые, красные и золотые шпили и  купола. Это золото и небесная синь затмевают все, что могло нарисовать  мое воображение. Мы стоим у памятника императору Александру II и,  опершись о перила, смотрим окрест, нам сейчас не до разговоров, и глаза  наши невольно увлажняются…». Ну, памятника Александру, увы, давно  нет, количество куполов и шпилей поубавилось, но разве не сохранится  Кремль и его соборы, Василий Блаженный и Иван Великий? А подземные  дворцы метро, построенные еще до рождения Карена? А семь сталинских  высоток во главе с новым зданием университета, воздвигнутые в первые  годы его жизни? Разве все это не высветило с новой огромной силой  красоту и величие древней столицы?

А Карен Георгиевич продолжал:  «В Москве не было кафе!..» Уверен, что тут, Юля, вы уже не смогли  сдержаться и прыснули. Кафе!.. Да я до сих пор помню множество их  названий - «Артистическое», «Молодежное», «Аэлита», «Синяя птица»,  «Ритм», злачный «Коктейль-холл» в начале улицы Горького… А в чудном кафе  «Националь» на противоположной стороне я, будучи стипендиатом  Белинского, провел лучшие часы своей студенческой молодости. В этом кафе  состоялся у нас и банкет после выпускного вечера в Литинституте. Помню  доныне тост Германа Валикова: «За цветы и звезды!» Прекрасный был поэт… А  ведь сейчас известный Млечин или неизвестный Аурэль будут уверять, что  такой тост публично был невозможен, или за него сразу поволокли бы на  Лубянку.

Ещё: «В Москве не было магазинов!..» Юля, если не секрет,  что тут приключилось с вами? Да как же мы, несчастные советские люди,  жили без магазинов? Или нам прямо на работе выдавали и брюки, и сосиски,  и бюстгальтеры? И наконец: «Всей этой жизни, которая делает город  городом, в Москве не было». Вот как! Выходит, Москва и городом-то не  была. И это сообщает миллионам читателей советский человек Шахназаров.  Как сказал поэт, «Это даже не обидно, А скорее интересно…»

Ну, а  что говорит о советском времени и о нынешней поре второй названный нами  человек «русского мира», М. Жванецкий? С ним в том же номере газеты  беседовала Ольга Шаблинская. Юморист наговорил ей и миллионам читателей  много интересного, в частности, и о магазинах. Он в противоположность  Шахназарову не отрицает, что они все-таки кое-где были в советское  время, но «в магазинах ничего не было… Иосиф Виссарионович перестрелял  всех производителей (это первый сорт его юмора – В.Б.) за то, что в  стране нет хлеба. Все едоки остались довольны. Но хлеб исчез совсем»  (юмор его же пошиба). А сам юморист уцелел в то жуткое время только  потому, что никогда не был производителем и питался только своим вяленым  юмором.

«Мы стояли в диких очередях». Зачем время тратили? В  магазинах же ничего не было. «Поэтому я и говорю, что считаю сегодняшнюю  жизнь совершенно нормальной. Откроешь дверь в магазин и не говоришь «…  твою мать!» (ещё один сорт юмора эстрадного интеллектуала). Всё есть.  Обувь есть! Даже для такого пацана, как я (представьте, тоже юмор),  есть».

Так фабрикуют фальшивки артистические натуры. Зачем?  Спросите у них. А я могу только предположить: чтобы нравиться власти. Ну  как же!

Особенно много сейчас подобных изделий, разумеется, о  Сталине. Тут широчайший выбор - от мини-фальшивок до эпохальных макро. В  первом случае ему приписывают краткие, но ядовитые изречения такого  рода: «Нет человека - нет проблемы», «Неважно, как проголосуют, главное,  как посчитают» и т.п. Иногда удается обнаружить первоисточник брехни.  Так, первую из названных, оказывается, изобрел умерший позже в Америке  лауреат Сталинской премии Рыбаков (Анатолий Наумович Аронов) в своем  когда-то нашумевшем и скоро забытом романе «Дети Арбата». А вторая  бреховинка просто бессмысленна, потому что лично за Сталина и почти за  всех кандидатов в Советское время голосовали на разного рода выборах  примерно так же, как в 2015 году в Казахстане проголосовали за  Назарбаева - 97,7%, и ему при этом никто не приписывает помянутое  изречение. Я уж не говорю о таких припадках дури, как вопль думского  троцкиста Жириновского: «Сталин отравил Ленина!» Или – кремлёвского  троцкиста: «Сталин виноват в поражении Западного фронта под Варшавой  в1920 году!» А он не имел никакого отношения к этому фронту и  предупреждал в «Правде» об опасности клича «Даешь Варшаву!», брошенного  Троцким и Тухачевским, которые и виноваты в поражении.

Есть и  такие публикации, в авторстве которых можно сомневаться, но по  содержанию они вполне достоверны. Таков давно бытующий у нас текст о  Сталине, автором которого называют Черчилля. Вот в каком виде дал его  В.Суходеев в своей энциклопедии «Эпоха Сталина» (2004): «Счастьем  для России было то, что в годы тяжелых испытаний её возглавлял такой  человек, как Сталин. Он был выдающейся личностью, вполне  соответствовавшей жестокому периоду истории, в котором протекала вся его  жизнь. Это человек необыкновенной энергии, эрудиции и несгибаемой воли.  Он был жёстким, беспощадным как в деле, так и в беседе, ему даже я,  возросший в английском парламенте, порой не мог ничего противопоставить.

Сталин  обладал тонким чувством юмора и сарказма, он точно выражал свои мысли. В  его речах и статьях, которые он писал сам, звучала огромная сила. Он  производил на нас неизгладимое впечатление, его влияние на людей было  неотразимо. Когда на Ялтинской конференции он входил в зал, все мы  вставали и, странное дело, почему-то держали руки по швам.

Сталин  был логичен, умен и чужд всякой панике, был мастером находить выход из  самого тяжелого положения. В самые трагические моменты, как и в дни  торжества, Сталин был одинаково сдержан. Никогда не поддавался иллюзиям.  Он был необычайно сложной личностью.

Сталин создал и  подчинил огромную империю. Он умел уничтожать врага руками своего же  врага. Он был величайшим в мире диктатором. Сталин принял Россию с  сохой, а оставил с атомной бомбой. Что бы ни говорили о Сталине, история  и народы таких не забывают» (с.609).

Против чего можно тут  возразить? Сталин и его дела были именно таковы. В энциклопедии сказано,  что Черчилль сказал это в Палате лордов в декабре 1979 года в связи с  восьмидесятилетием со дня рождения Сталина.

Как умный многоопытный  человек, большой политик, лично знавший Сталина, переписывавшийся,  встречавшийся с ним, Черчилль, конечно, мог все это сказать. И уж очень  по стилю это похожее! Чего стоит самоирония, характерная для него: «мы  вставали и, странное дело, почему-то держали руки по швам». А главное,  есть и другие, документально несомненные такого же рода высказывания  Черчилля о Сталине, причем не военных лет, когда, как союзники в войне,  они, естественно, порой обменивались комплиментами в таком духе:  «Великий воин Сталин!» - «Старый боевой конь!» и т.п. Нет, уже после в  своих мемуарах «Вторая мировая война», в главе, посвященной операции  союзников «Торч» в Северной Африке в 1942 году, Черчилль поведал о том, с  какой глубиной и быстротой Сталин понял её смысл, когда он рассказал  ему о замысле и плане операции, и заметил: «Это произвело на меня  глубокое впечатление. Русский диктатор быстро и полностью овладел  проблемой, которая была новой для него. Очень немногие из живущих людей  смогли бы в несколько минут понять соображения, над которыми мы так  настойчиво бились несколько месяцев. Он всё это оценил молниеносно».

Встречаются  фальшивки как бы и в защиту Сталина, в оправдания тех или иных его  решений и дел, иные из которых ни в каком оправдании вовсе не нуждаются.  Например, привыкнув к тому, что ныне президент то и дело, почти  ежедневно появляется на экране телевизоров с откликами на самые разные,  только что происшедшие события вплоть до футбольных матчей, эти историки  уверены, что Сталин непременно должен был выступить по радио 22 июня  1941 года. Как же не выступить? Ведь такое грандиозное событие! Но т.к.  выступил не он, а В.М. Молотов, то они и начинают его «оправдывать». Еще  давно В.М.Жухрай (Мироненко. 1926-2011), считавший себя доктором  исторических наук и профессором, придумал Сталину в этот день жуткую  ангину с температурой за сорок. Коллеги радостно её подхватили, и  некоторые несут до сих пор. Но спрашивается, почему об этой ангине ни  слова не сказали те, кто 22 июня и позже были рядом со Сталиным –  Молотов, Жуков и другие? Почему эта «правда истории» выскочила только  после отмашки Горбачева «Гласность!». Наконец, как мог человек, которому  шел седьмой десяток, и в этот день и в следующие при такой жуткой  болезни принимать десятки людей – военных, наркомов, дипломатов. И ведь  не на чашку чая, а чтобы срочно решить важнейшие государственные вопросы  трагически начавшейся войны.

Сталин и не должен был выступать в первый день. Об этом В.М.Молотов ясно сказал Феликсу Чуеву: «Почему  я, а не Сталин? Сразу Сталин не мог на всё ответить, это невозможно.  Нужна была более ясная картина. Он должен был выждать, а дать четкий  ответ». А 22-го следовало объявить о нападении, призвать народ к борьбе и  выразить надежду на победу. Молотов это и сделал. Слово Сталина слишком  много значило и в стране, и в мире. Он должен был посмотреть, как будут  развиваться события и дать анализ обстановки, объяснить случившееся,  что он и сделал 3 июля.

Вообще-то фальшивок о Сталина сейчас  особенно много фабрикуют военные историки, точнее, отставные военные,  пишущие о войне. Они то и дело опять вслед за профессором Жухраем  твердят о том, например, что у Сталина была личная, «персональная  разведка». Это говорится в похвалу ему: вот, мол, какой молодец, какой  заботник, мало ему было государственной службы, ещё и свою завел. Но  ведь разведка - это не 10-15 особенно доверенных лиц, которые могли быть  у Сталина в разных службах. Разведка - это сотни, тысячи сотрудников.  Например, только в управлении СМЕРШ состояло около 700 сотрудников. И  как же могло случиться, что долгие-долгие годы о «персональной разведке»  Сталина никто не знал, в многочисленных воспоминаниях о Сталине и о том  времени о ней ни слова? А начались разговоры опять-таки только после  команды Горбачева «Гласность!» - это и добивает фальшивку. Странное  дело, особенно охотно мусолят эту байку люди, когда-то служившие в  армии, то есть те, кто в таких вопросах должны бы понимать больше, чем  И.Хакамада, которая, желая восславить Красную Армию, уверяет, что она  победила врага, будучи голодной, плохо вооруженной и чуть ли не босой.

Или  вот бродит по страницам газет и журналов новость о дневнике  А.Коллонтай, в котором, де, есть запись о её встрече со Сталиным в конце  1939 года, когда он, дескать, сказал: «На мою могилу нанесут много  мусора, но ветер истории все начисто развеет». Это цитируют то и дело.  Да, ветер истории развеет, но Сталин этого Коллонтай не говорил. Ну,  представьте себе, на Западе началась война, у нас назревает конфликт с  Финляндией, Александра Коллонтай – наш посол в Швеции. Её вызывают в  Москву, надо думать, к наркому иностранных дел Молотому, конечно же, как  человека, знающего обстановку в Скандинавии, для совета, для  информации. И вот она явилась к наркому. Но он несколько дней часами  маринует её в приемной. Правдоподобно ли это? Когда, наконец, принимает,  то разговаривает с ней совершенно не дружески, высокомерно, если не  враждебно. С какой стати? Почему? Выдумка, продиктованная неприязнью  фальшивомонетчиков к Молотову. Но вот Александра Михайловна добилась  приема у Сталина. И что? Он, судя по объему сказанного, часа два читает  ей лекцию по мировой истории с особым упором на мировой сионизм, о чем в  жизни он никогда не говорил. Этот упор позволяет нам догадаться о  пристрастиях авторов фальшивки. А была Коллонтай на приеме у Сталина  только один раз - 16 января 1932 года с 16 до 17 часов – видимо, именно в  связи с назначением её послом в Швеции.

Очень доверчивым  писателем был Владимир Карпов. Он поверил, например, в басню о том, что  после разгрома немцев под Москвой Сталин через «наших разведчиков»(!)  обратился «к немецкому командованию»(!!) с предложением помириться и  начать общую борьбу опять же против «мирового сионизма». Какие  разведчики! Что за безымянное командование! Эти малограмотные жулики не  соображают даже, что если бы они были на месте Сталина, то по такому  вопросу им следовало бы обратиться прямо к политическому руководству  Германии, лично к Гитлеру. Разведчики…

Тупая фальшивка и «письмо  Гитлера Сталину», будто бы написанное 14 мая 1941 года. Когда-то мне дал  его Д.Т.Язов с выражением своего полного доверия к нему. А позже я  прочитал в жезеэловской книге С.Рыбаса о Сталине: «Как быть с личным  письмом Гитлера? Он беспрецедентно…..». Беспрецедентно ваше простодушие,  Станислав Юрьевич. Далее в книге следует полный текст этого «письма». И  автора не заставляет задуматься хотя бы такие слова лже-Гитлера: «Вы  наверняка знаете, что один из моих заместителей герр(!) Гесс в припадке  безумия вылетел в Лондон». Хоть стой, хоть падай: «вы наверняка знаете…»  Да об этом тогда во всём мире был звон. И Сталину не надо было  объяснять, кто такой Гесс. И тут же по поводу концентрации немецких  войск у нашей границы: «Я боюсь, что некоторые из моих генералов могут  сознательно начать конфликт, чтобы спасти Англию». Да где это видано,  чтобы генералы сами начинали войны без согласия политического  руководства страны! Хоть один примерчик? Может, маршалы Мюрат и Ней по  собственному почину 24 июня 1812 года перешли Неман, а Наполеон и не  думал?

В.Карпов был последователен до конца. Верил и той  фальшивке, что Сталин будто бы ужасно хотел принимать Парад Победы 24  июня 1945 года лично и непременно на белом коне. Для этого, де, он решил  тренироваться в Манеже, но конь сбросил 65-летнего новичка-кавалериста,  и только после этого он поручил принимать парад Г.К.Жукову. Но при  этом, добавил от себя Карпов, Сталин сказал, чтобы Жуков взял именно  того коня, который сбросил его. Сталин, говорит, был человек ужасно  коварный: он рассчитывал и надеялся, что норовистый борзый конь сбросит  во время парада и Жукова. То есть Верховным Главнокомандующий,  руководитель страны, уверял полковник Карпов, хотел великое торжество  народа и его армии превратить в позорище.

А что мы читаем об этом в  книге С. Рыбаса: Сталин вызвал Жукова и «сказал, что он будет принимать  парад, а Рокоссовский командовать парадом. При этом Сталин не счёл  нужным рассказывать, что он попробовал проехать верхом на коне, но был  сброшен на опилки манежа и сильно ушиб руку». А вы, Станислав Юрьевич,  сочли бы нужным рассказать кому-нибудь о чем-то подобном в своей жизни?  Ну, кроме супруги… Надо не иметь никакого представления о Сталине, чтобы  подхватывать и тиражировать такую зелёную чушь. Да и не только в  Сталине дело. Тут поразительное для писателей непонимание конкретной  ситуации, конкретного человека, живой жизни. Сталину шел 66-й год.  Никогда в жизни верхом он не ездил. Есть фотографии даже Троцкого на  коне, а Сталина – ни единой. И вот надо было не по лесной тропочке  проехаться верхом, а принимать парад! То есть быть на коне главной  фигурой там, где тысячные толпы, грохот музыки, полыхание знамен…И ведь  надо не просто сидеть, а следить за обстановкой, командовать конём,  направлять его куда надо… На все это способны только профессиональные  кавалеристы, какими и были маршалы Жуков и Рокоссовский на этом  последнем в истории великом и классическом по форме военном параде.

Разумеется,  нет недостатка фальшивок и о Ленине. Они фабрикуются то в Креме, то в  Думе, то в отхожем месте общего пользования на Зацепе. Туфта №1 – Ленин  немецкий шпион, который, придя к власти, почему-то послал ко все чертям  немцев, порвал заключенный в безвыходном положении Брестский мир и  принялся спасать расползавшуюся Россию, в чём и весьма преуспел. Нам  сейчас бы иметь в Кремле парочку таких иностранных шпионов. Туфта №2 –  «заложил атомную бомбу под Россию», через семьдесят лет по мобильному  телефону взорвал из Мавзолея, она развалила Советский Союз и отправила в  лучший мир не просыхающего американского патриота Ельцина. Туфта №3…  Впрочем, хватит и двух. Пошли дальше, и от политики, от политиков  перейдем к литературе, к поэтам.

Наш президент много раз повторял  известный стишок «Прощай, немытая Россия…» И говорил: «Лермонтов  гениальный же был человек, разносторонний, все, кто хочет что-то видеть в  нем, это и видит… Его можно назвать диссидентом, правильно?» Это было  сказано не за бутылкой коньяка с Медведевым, а обрушено на головы  учителей в Кремле во время встречи с победителями конкурса «Учитель года  России». На его вопрос «Правильно?» никто президенту не поддакнул, т.к.  в зале не было ни Жириновского, ни Ирины Яровой.

И оратор  продолжал: ну, как же, мол, не диссидент! «Ведь он очень критично  относился ко всему». Откуда взял? Вовсе не ко всему! Да хотя бы –  «Москва, Москва, люблю тебя, как сын, как русский…» Или:

А в праздник, вечером росистым

Смотреть до полночи готов

На пляску с гиканьем и свистом

Под говор пьяных мужичков.

Так что – от Москвы до самых до окраин, что недоступно ни одному диссиденту.

«Прощай,  немытая Россия»,- продолжал президент учить учителей,- казалось бы(!),  такая грубоватая(!) по отношению к стране вещь». Да не «грубоватая», а  просто хамская, именно такая, что мы сейчас то и дело слышим с экрана  телевизоров от наглецов доморощенных и импортированных.

«Но те,  кто хочет увидеть этот негатив (хамскую «грубоватость»), на этом и  останавливаются. А там есть второе четверостишье… Он ехал на Кавказ, он  был офицер и воевал за интересы Отечества, он готов жизнь за интересы  страны. Он был чрезвычайно храбрым человеком. И вторую часть стараются  не замечать». Не трудно представить, с каким чувством все это слушали  учителя. Они-то знают, что второе четверостишье никто никогда не  замалчивал, и нет в нем ни слова об офицере, готовом отдать в бою жизнь  за интересы родину. Вот оно:

Быть может, за хребтом Кавказа

Укроюсь от твоих пашей,

От их всевидящего глаза,

От их всеслышащих ушей.

Какие бои? Где храбрый офицер, проливающий свою и чужую кровь?

Не  трудно понять, почему оратор старался навязать учителям именно такого  Лермонтов: он, де, поносил родину и в то же время сражался за неё с  оружием в руках. Президент ищет у классика оправдания некоторых своих  скорбных дел и достослёзных заявлений о родной стране, о её недавней  истории. С другой стороны, едва ли он так знает творчество Лермонтова,  чтобы понять, насколько этот стишок вопиюще чужд всему творчеству  великого поэта-патриота, всему его человеческому облику.

Лермонтов – человек и поэт твердой и смелой, наступательной гражданской позиции. Да, у него есть такие, допустим, стоки:

Полковник наш рожден был хватом –

Слуга царю, отец солдатам…

Но  это же обычное словесное клише того времени да еще сказанное не  автором, а персонажем. Что же касается, так сказать, личных комплиментов  властям, то не единственный ли он наш поэт той поры, не сказавший ни  единого доброго слова о царях и о всем положении вещей в стране?  Подлинный Лермонтов это –

Вы, жадною толпой стоящие у трона,

Свободы, Гения и Славы палачи!..

Есть Божий суд, наперсники разврата…

И вы не смоете всей вашей рабской кровью

Поэта праведную кровь…

И  не зря царь получил это стихотворение с чьей-то высокой резолюцией:  «Призыв к революции!» И не случайно поэт тотчас был отправлен на Кавказ  под чеченские пули.

Лермонтов это – вспышка гнева и при виде веселящихся в новогоднюю ночь хозяев жизни:

О, как мне хочется смутить веселость их,

И бросить им в лицо железный стих,

Облитый горечью и злостью!..

А  что в том стишке? Если рифмованные строки изложить прозой, то  получается примерно так: «Прощай, мерзкая Россия, страна рабов и господ!  Слава Богу, удалось удрать от тебя. Авось, за хребтом Кавказа ты меня  никогда не достанешь. Будь ты проклята и пропади пропадом!» Разве не  так? Да это гнусный монолог шкурника, дезертира, предателя… Кстати  сказать, Лермонтов-то и не собирался оказаться «за хребтом Кавказа», он  из Петербурга ехал «с подорожной по казенной надобности» просто «в  сторону южную» - в Ставрополь, где находился штаб Кавказской линии, а  оттуда принимал участие в походах под Грозный, в Чечню. Бывал он в свое  последнее лето и в Кисловодске, Пятигорске, Железноводске – всё это по  сю сторону «хребта Кавказа».

Довольно давно я написал обстоятельную статью об этом «шедевре гражданской лирики», как полтораста лет твердят народу.

И Лермонтов был не из тех, кто прибегает к намекам, как, например, Мандельштам:

Мы с тобою поедем на «А» и на «Б»

Посмотреть, кто скорее умрет,

А она то сжимается, как воробей,

То растет, как воздушный пирог.

И едва успевает грозить из угла —

Ты как хочешь, а я не рискну!

У кого под перчаткой не хватит тепла,

Чтоб объездить всю курву Москву.

Тут  сказано вполне определенно только о Москве (мог ли Михаил Юрьевич  вообразить это в устах русского стихотворца!), а остальное - сплошные  невнятные намеки неизвестно на что. Говорят, «А» и «Б» это трамвайные  маршруты, но как поэт вместе с кем-то поедет одновременно по разным  маршрутам, большая загадка. Твардовский в письме главному редактору  «Библиотеки» В.Орлову, который предложил «Новому миру» подборку  Мандельштама, ответил: меня, как главного редактора, читатели могут  спросить, о чем речь в этих стихах, я же обязан знать, а я не знаю.  Какой же я редактор! И отклонил подборку.

А Лермонтов писая безо всяких загадок, например, так:

Делись со мной тем, что знаешь,

И уж доволен буду я,

Но ты мне душу предлагаешь…

На кой мне черт душа твоя.

Недавно эти строки прекрасно прочитала Т.В.Доронина на поэтическом вечере в Зале Чайковского.

Однажды после очередного цитирования президентом этого стишка  я послал ему в Кремль свою упомянутую давнюю статью. Больше я  цитирования от него не слышал. Льщу себя надеждой, что статья получена и  прочитана.

Еще об одной жертве фальшивомонетчиков – о Петре  Андреевиче Вяземском, с которого мы начали статью, может быть, еще будет  случай сказать словцо.

http://zavtra.ru/blogs/kul_tura_fakta_i_beskul_tur_e_uma

Buy for 60 tokens
Оригинал взят у beriozka_rus в За сносом в Европе памятников героям Второй мировой войны стоят США Американцы требуют от одной из восточноевропейских стран ускорить снос памятников героям Красной армии. Об этом заявил глава МИДа Сергей Лавров. Речь может идти о Польше или Болгарии,…

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded