pravdoiskatel77 (pravdoiskatel77) wrote,
pravdoiskatel77
pravdoiskatel77

Сегодня самой большой проблемой в России является правительство России

Оригинал взят у nstarikov в Сегодня самой большой проблемой в России является правительство России
Партийное строительство, деятельность Профсоюза граждан России, история и современность. Обо всем этом зашла речь в интервью порталу День.тв.

Александр Бородай: Здравствуйте! Сегодня у нас в гостях Николай Стариков, долгожданный наш гость, писатель, публицист, общественный, политический деятель. Я остановлюсь на слове долгожданный. Дело в том, что очень многие наши зрители в своих комментариях к нашим сюжетам оставляют комментарии, и комментарии следующего характера: «Позовите Николая Старикова! Николай Стариков все бы это объяснил». Николай Стариков все это уже объяснил и правильным образом. Вот Николая Старикова мы позвали, он появился, пришел к нам и, я надеюсь, все нам объяснит.

Николай Стариков: Добрый день очень приятно, что вы меня так лестно представили, и особенно приятно, что ваши зрители так хотели меня увидеть, после этого, конечно, я не мог не оправдать этих надежд.

Александр Бородай: И прекрасно, итак начнем. Во-первых, Николай, начнем с некоторых общих вопросов. меня интересует вопрос о вашей политической деятельности – для начала, да и как писатель вы достаточно известны, вы автор 11 книг, все они хорошо нашумели, я бы сказал. Вызвали большой интерес у значительного круга ваших читателей. Причем интерес, в разные стороны направленный, да и самые разные отзывы: диаметрально противоположные почему-то.

Николай Стариков:Я все-таки надеюсь, что большинство читателей не мазохисты, и поэтому они читают мои книги, потому что они им нравятся, а не потому что наоборот.

Александр Бородай: Некоторые, кстати, с пятиминуткой ненависти, явно даже не с пятиминуткой, а просто испытывают явные часы ненависти, так что мазохистов тоже хватает.

Николай Стариков: На самом деле все вытекает из чего-то. Ничего не возникает из ниоткуда, поэтому, когда я начинал писать книги, я никогда не думал, что я могу написать их так много. Честно говоря, даже оглядываясь по времени назад, думаю: «Когда у меня все это получилось?» Но факты упрямая вещь. Книги есть, книги люди читают, находят в них что-то новое, интересное, и для меня это очень важно, и я получаю колоссальное удовольствие от тех писем, которые мне присылают читатели.

Но на определенном этапе я понял, что необходимо наладить более живой контакт с читателями. Я вышел в Интернет, я создал блог, стал получать отклики, и на определенном этапе стал получать письма такого содержания: «Да, уважаемый Николай, вы все рассказали нам, объяснили, спасибо вам большое за это, но дальше то что? То есть так и будем оставаться в созерцании?» До этого я писал больше материалов в Интернете о внешней политике, о геополитике, потому что это предмет моего интереса. Тогда стали говорить: «Ага, наверное, вам не разрешают писать о внутренней политике России». Что было делать, если вопрос ставится так, я начинаю писать о внутренней политике России.

Через некоторое время говорят: «Да, вы, конечно, пишете о внутренней политике, но делать-то вы ничего не будете, вот вы попишете пером, какие-то телодвижения сделаете, и все – на этом все остановится». После этого было невозможно не начать общественную деятельность. Я с моими единомышленниками… Я не знал, сколько людей тогда присоединится к моим идеям, к идеям моих коллег. Мы создали общественную организацию «Профсоюз граждан России», сделали это 12 апреля 2011 года, то есть скоро будем два года отмечать.

Александр Бородай: Но потом еще возникла вроде бы партия «Новая Великая Россия».

Николай Стариков: Да.

Александр Бородай: Кстати, куда старая-то девалась Великая Россия?

Николай Стариков: Вот тут был следующий этап логичного развития общественной деятельности. Общественные организации это – важно, это нужно, и, я считаю, «Профсоюз граждан России» очень здорово развивается, особенно если учесть важный нюанс: наша организация построена по совершенно иному принципу, чем другие общественные организации в нашей стране, а может быть, и за рубежом. У нас в принципе нет денег, то есть в сам принцип создания организации положен принцип отсутствия казны, а значит, нет всех минусов, которые связаны с деньгами. Не ссорятся люди, нет коррупции, нет мздоимства, нет казнокрадства, в общем, всего того, что очень часто неприятно красит какие-то политические, и общественно-политические, и даже правозащитные организации.

Александр Бородай: А деятельность-то есть?

Николай Стариков: Деятельность есть, конечно, есть.

Александр Бородай: А она как-то должна финансироваться или она происходит вообще без денег?

Николай Стариков: Вы знаете, мы подозревали, и оказалось что это действительно так. Гражданское общество может само финансировать те идеи и те пока еще достаточно скромные проекты, которые оно разрабатывает. То есть если люди идут на пикет, наши пикетчики не получают денег, здесь нет никаких трат, а для того, чтобы напечатать десяток плакатов, нужны совсем небольшие деньги, и мы собираем их внутри себя. Вот этот принцип отсутствия денег на самом деле очень быстро помог нам завоевать доверие людей потому что поначалу нас прокремлевскими ругали, какими-то подкупными. Потом когда поняли, что люди за идею что-то делают, ситуация изменилась, нас начли уважать.

Общественная организация – это великолепно, но у нее тоже есть потолок того, что она может сделать, и поэтому на определенном этапе мы пикетировали, разрабатывали законопроекты, много задач решали, подали в суд на Горбачева. Я сейчас не буду перечислять даже все, все, все. Действительно много…

Александр Бородай: Да, очень нашумевшая история,

Николай Стариков: Много мы делаем, то, что может делать гражданское общество, общественная организация, но мы не можем изменить всю ситуацию в стране, мы не можем изменить законодательную базу. То есть мы не можем изменить систему. Вот самый простой пример. Вместе с депутатом Государственной Думы Евгением Алексеевичем Федоровым мы в рамках «круглого стола» разрабатываем законопроекты. Но мы сами не можем их внести в Госдуму, для этого нужен статус депутата Госдумы, чтобы внести законопроект. Поэтому общественная организация тоже ограничена в своей деятельности рамками закона, и поэтому логичным шагом нашей общественно-политической эволюции стало решение создать партию.

Мы провели съезд (все в соответствии с законом) и тут столкнулись с удивительным делом. В качестве названия для партии мы выбрали «Новая Великая Россия». Почему? Потому что, я думаю, слово «Россия» объяснять не надо.

Александр Бородай: Да,не вызывает вопросов.

Николай Стариков: Потому что мы любим нашу родину. Да, не вызывает вопросов. «Великая» – потому что мы выступаем за величие нашей страны, а «новая» – потому что мы хотели этим словом подчеркнуть констатацию факта, печального, но все равно не лишающего нас надежды. Россия была великой страной, она утеряла свое величие, и мы это величие должны восстановить. То есть здесь нет речи об отрицании Советского Союза или Российской империи, наоборот: мы в свою программу внесли пункты о том, что мы хотим все лучшее взять и из Российской империи, и из Советского Союза, то есть для нас сегодняшняя Россия – это правопреемница Российской империи, правопреемница Советского Союза. Один народ, одна история, одни ценности, одни герои.

Вот такова наша позиция. И здесь мы столкнулись с удивительной ситуацией. Оказывается, есть (мы даже реально этого не знали) некая группировка националистического толка, которая называется «Великая Россия». Она не собирается регистрироваться в партию, но тем не менее…

Александр Бородай: Не новая, просто «Великая Россия»?

Николай Стариков:И немедленно она обвинила нас в том, что мы по заданию темных или светлых сил.

Александр Бородай: Центрального разведывательного управления.

Николай Стариков: Скорее по заданию…

Александр Бородай: Администрации Президента Российской Федерации.

Николай Стариков: Да. По заданию власти решили украсть у них название. Разразился такой скандал, мы на него сильно внимания не обратили, потому что мы-то знаем, что мы создаем партию не для того, чтобы чье-то название воровать, а для того, чтобы изменить ситуацию в стране.

Александр Бородай: Представители этой группировки, как вы выражаетесь, группы, скажем так, движения у нас тоже были, они не очень одобрительно отнеслись.

Николай Стариков: Конечно, но…

Александр Бородай: Они считают, что это страшный плагиат.

Николай Стариков: Да, но смотрите: дельнейшая история все расставила по своим местам. То есть они нас обвиняли в страшных грехах, земляным червяком меня персонально ругали, но, как говориться, Бог с ними. В итоге, мы подали документы в Минюст, и нам отказали в регистрации под предлогом того, что партия «Новая Россия» уже зарегистрирована. То есть «великой» нет, «Новая Россия» зарегистрирована, и можно спутать названия. Что хочется сказать? Во-первых, 54 партии уже зарегистрировано. Поэтому мы всегда говорим, что скоро приличные слова в русском языке закончатся, там еще 70 на подходе.

Александр Бородай: Да.

Николай Стариков: Да.

Александр Бородай: Кошмар какой-то, это уже почище, чем в Веймарской республике.

Николай Стариков: Конечно, хочется сказать, нас обвиняли в том, что мы хотим украсть у кого-то название, нас не зарегистрировали, вот такая мы прокремлевская партия, и при этом власти нас не зарегистрировали, чтоб мы это название украли. Но мы извинений в наш адрес не услышали от этих товарищей.

Александр Бородай: От представителей, так сказать, другой ветви русского патриотизма.

Николай Стариков: Да, да, да. Но, мне кажется, надо быть последовательным: если ты кого-то в чем-то обвиняешь, если ситуация развивается таким образом, что невиновность становится очевидна, скажи...

Александр Бородай: Будем надеяться, что они просто не в курсе.

Николай Стариков: Как не в курсе? Просто поругать все горазды, а вот извиниться – на это не у всех хватает мужества.

Александр Бородай: Хорошо, но партия, тем не менее. А то, что она еще не зарегистрирована…

Николай Стариков: Нет, мы считаем, что партия состоялась, потому что у нас большое количество единомышленников, вместе объединенных, но сейчас, поскольку партия не зарегистрирована то мы…

Александр Бородай: Говорить это вы не можете.

Николай Стариков: Да, мы нашу деятельность осуществляем именно как общественная организация, но мы процесс регистрации партии продолжаем, мы вынуждены были изменить название. Я не буду его говорить, чтобы не сглазить. Вот зарегистрируют –узнаете.

Александр Бородай: Хорошо, не буду настаивать.

Николай Стариков: И пока мы выступаем как общественная организация, но, собственно говоря, вообще партия – это вещь, как говориться, строгой отчетности. То есть общественная организация меньшими бюрократическими рамками скована. И поэтому мы, например, сейчас активно не приглашаем вступать в нашу партию, потому что написал заявление с одним названием, потом придется переписывать заявление на другое. Поэтому вот сейчас желающие присоединяются к нам в рамках общественной организации «Профсоюз граждан России».

Александр Бородай: Скажите, на что вы рассчитываете? Вы как раз говорили о том, что партий уже 54, а на подходе еще 70, вот в этом, я бы сказал» «супе» партийном, многопартийном вы на какие результаты рассчитываете, честно говоря? Сейчас все граждане знают, что такое партия «Единая Россия» 99,9%, еще довольно значительный процент знают, что такое КПРФ, ЛДПР, «Справедливая Россия», а дальше еще десятки других организаций партийных.

Николай Стариков: Согласен, знать-то они знают, знают ведущие партии это, понятно. Новые партии малоизвестны, но, во-первых, названия партий потом становятся известны через идеи, через персоны, через ту нагрузку смысловую, которую она несет. Это первое. Второе – знать-то люди знают, но мы партию регистрируем не потому, что, у нас какие-то честолюбивые позывы и их надо реализовать, а потому, что совершенно четко видна ситуация, когда огромный пласт населения нашей страны не видит на политическом поле партию, которая бы выражала его интересы. То есть к каждой партии есть свои вопросы: одна партия хорошо выступает, согласно взглядам вот этого значительного пласта населения, по одному вопросу, другая – по другому, третья – по третьему. А вот так, чтобы всегда в «десятку» попадала партия, таких партий нет, то есть вопросы ко всем. И поэтому население это знает, но с удовольствием…

Александр Бородай: То есть, видимо, это и будет новым названием – «В десятку», нет?

Николай Стариков: Нет, нет.

Александр Бородай: Не угадал, извините.

Николай Стариков: Нет, это я в качестве идеи могу каким-нибудь коллегам, которые тоже занимаются сейчас партийным строительством, эту идею подарить. Партии новые появятся, и за них тоже будут люди голосовать, потому что есть определенная усталость от этих парламентских партий. Конечно, это процесс небыстрый, не завтра ситуация изменится, но мы надеемся что мы своими делами заслужим уважение избирателей, и они за нас проголосуют.

Александр Бородай: То есть вы надеетесь, в конце концов, в относительно близкие сроки попасть в Государственную Думу Российской Федерации?

Николай Стариков: Мы надеемся в относительно близкие сроки прийти к власти, изменить ситуацию в стране. Каждая партия делается, если это по-настоящему ведется игра, для того, чтобы прийти к власти, а не для того, чтобы осваивать бюджет и «пудрить мозги» избирателям. Мы собираемся прийти к власти, именно для этого делаем партию, потому что без партии невозможно участвовать в выборах, невозможно заниматься политической деятельностью. Есть определенный инструментарий: общественной деятельностью можно заниматься, и мы занимаемся, без партии, но политической деятельностью, законотворчеством – невозможно.

Александр Бородай: А вот теперь и поговорим о ситуации в стране. Как вы ее оцениваете? Если вы считаете, что партия пока только-только рождается, в обозримом будущем уже способна переломить существующие партийные структуры, поддерживаемые элитой Российской Федерации в значительно степени. Вот, соответственно, ситуация кризисная. Если вы рассчитываете на то, что ваша партия, которая сейчас мало кому, к сожалению, известна, сможет достаточно оперативно переломить ситуацию и прийти к власти…

Николай Стариков: Александр, я хотел бы о терминах условиться. Слово «переломить» – это точно не к нам, мы очень бережно относимся к российской государственности, и поэтому мы собираемся менять ситуацию без каких-либо потрясений, мы…

Александр Бородай: А я говорил о партиях.

Николай Стариков: Конечно, но я не в упрек вам, просто, для того чтобы прояснить нашу позицию.

Александр Бородай: Хорошо.

Николай Стариков: Мы – партия контрреволюционеров, патриотов- контрреволюционеров, которые выступают за поступательное развитие страны, которые относятся с уважением как к красному знамени, так и к триколору, так и к другому трехцветному знамени, с которым выступает организация националистического толка. Мы считаем, что все эти три знамени – это три знамени России, они должны одинаково использоваться. Мы с уважением относимся к советскому периоду, мы с уважением относимся к дореволюционному периоду, для нас граница проходит, по тому: человек жил для России старался развивать страну, душу, жизнь вкладывал в нее. Или на деньги иностранной разведки пытался что-то разваливать разрушать и так далее. И поэтому отношение, например, к такому сложному периоду нашей истории, как революция и большевики, очень просто, если мы смотрим через эту призму. То есть большевики 1918 года, которые убивают офицеров, священников прибивают на кресты, конечно, вызывает…

Александр Бородай: Это враги.

Николай Стариков: Это враги, это враги, но большевики сталинского периода, 30-х годов…

Александр Бородай: А вы его когда начинаете, сталинский период? Вот когда, вы считаете, Сталин действительно пришел к власти, стал единоличным вождем и возникла сталинская империя?

Николай Стариков: Вы знаете…

Александр Бородай: Очень интересно. Мы как раз буквально недавно за этим столом спорили с человеком, который представляет то, что называется Белый проект, белых революционеров, таких националистов откровенных. На эту тему скажите, Николай.

Николай Стариков: Вы знаете, здесь есть точно выверенная наукой точка, я вам готов ее назвать, но думаю, что она тоже может вызвать определенную дискуссию. На мой взгляд, Иосиф Виссарионович Сталин стал совсем полноправным руководителем Советского Союза 3 мая 1939 года, когда он отправил в отставку министра, тогда наркома, иностранных дел Максима Максимовича Литвинова, прямого ставленника банкирской закулисы. Чтобы понять сегодняшнюю аналогию – это Чубайс того времени. Это некий представитель мировой закулисы при большевистском правительстве, который вне критики, вне пространства, который осуществляет связь вот с этими теневыми банкирскими структурами, с которыми никогда…

Александр Бородай: Через всякие Коминтерны и всякие прочие организации прекрасные.

Николай Стариков: С которыми никогда ничего не может произойти, то есть как бы он себя ни вел, как бы он ни предавал интересы Советского Союза, с ним и дальше ничего не случилось. Поэтому когда реально Сталин взял под контроль страну полностью, точную дату можно назвать: 3 мая 1939 года.

Александр Бородай: Но многие говорят о съезде победителей, вы называете еще более, так сказать, серьезно.

Николай Стариков: Нет, нет, все, что было раньше, это был период борьбы, то есть, собственно говоря, первый этап борьбы закончился в 29-м году высылкой Троцкого сначала в Алма-Ату, а потом за пределы Советского Союза.

Александр Бородай: Да.

Николай Стариков: А дальше начался второй этап борьбы за власть в Советском Союзе. Где Сталин и его окружение боролись не со своим народом как говорят либеральные историки, а с остатками троцкистского, давайте скажем языком сталинского времени, отребья, с агентами иностранных разведок и с прочими людьми, которые, к сожалению, как Тухачевский, предали свою родину. Вот этот период занял примерно 9 лет этой борьбы упорной, после чего Сталину удалось переиграть всех своих противников, и он встал во главе Советского Союза окончательно.

Александр Бородай: Последовательно блокируясь в какой-то момент то с одним, то с другим из противников, ему удалось, действительно, спору нет.

Николай Стариков: Конечно, но хочется, смотрите, хочется отметить…

Александр Бородай: Я бы сказал, перманентных революционеров, большевиков таких настоящих, старой закалки.

Николай Стариков: Вы знаете, большевики тоже разные. Вот те, кто воевал, как Ворошилов или Буденный, в Конной армии, мы можем их подозревать, что они за деньги воевали…

Александр Бородай: Это уж очень относительные большевики, знаете, это не настоящие большевики, я считаю.

Николай Стариков: Можем? Конечно, это простые русские люди, которые воевали за Россию, как они ее понимают. Кстати, интересный эпизод в этой связи вспоминается из книги Шульгина, известный монархист такой.

Александр Бородай: Василий Васильевич.

Николай Стариков: Да, по-моему, это книга «Дни», а может быть, другая книга Шульгина, сейчас точно не помню, помню 1920-й, если я не ошибаюсь.

Александр Бородай: Это, собственно, продолжение нее.

Николай Стариков: Да, там эпизод такой (это уже закат Белого движения, трагедия). Белые отступают из Одессы, вместе с ними отступает и Шульгин, их берет в плен дивизия Котовского. Все очень боятся, потому что могут быть какие-то эксцессы, Шульгин, которого, понятно, в симпатиях к красным заподозрить невозможно, пишет, что идеальная дисциплина, никого не обижали. И сами красноармейцы говорят, что раньше – да у нас было: мы и пленных раздевали или расстреливали, но товарищ Котовский расстрелял несколько человек за эти эксцессы книга «Дни», и все, теперь с пленными ничего не происходит, короче, не бойтесь, все нормально.

Там такой диалог, получается. Они их покормили, этих несчастных белых, и он, Шульгин, разговаривает с каким-то красноармейцем, спрашивает красноармейца: «Слушай, а за что вы воюете?» Тот говорит: «Как за что? За единую и неделимую». Шульгин говорит: «Вот те раз, и мы воюем за единую и неделимую, а чего мы тогда воем-то?» И вот в этом эпизоде вся трагедия гражданской войны. То есть красные и белые воюют за одно и то же, по сути, только это называется разными именами, и внешним врагам России удалось столкнуть между собой части одного народа.

Александр Бородай: Но были и другие красные, надо сказать, помните же описание у Бабеля, например, того же. Он про Первую Конную пишет, про убитого комиссара Яшку, у которого, соответственно, из его полевой сумки вываливаются труды Ленина, Маркса и свитки Торы одновременно. Как-то они там уживаются.

Николай Стариков: Большевики были разные, собственно говоря.

Александр Бородай: Вот это другой большевик.

Николай Стариков: Другой большевик, но товарищ Сталин все-таки как-то немножко все разложил по полочкам, и те, кто реально хотел что-то делать для своего народа, они строили, созидали, а те, кто устраивал военные заговоры, или те, кто, как товарищ Ягода, опробовал яд на муже своей любовницы (я имею в виду сына Максима Максимовича Горького), понесли заслуженное наказание.

Александр Бородай: Да, то есть на самом деле был другой период советской власти, был большевистский, откровенно революционный, был сталинский. Вы его начинаете с 39-го, и, видимо, он завершается кончиной Иосифа Виссарионовича.

Николай Стариков: Можно начать его раньше, просто это период борьбы. Вы спросили у меня не когда сталинский период начался, а когда Сталин стал полноправным руководителем страны..

Александр Бородай: Когда он несет откровенную личную ответственность за все, что происходит в стране.

Николай Стариков: С 3 мая 39-го года.

Александр Бородай: Я вас понял. А потом начался уже совсем другой Советский Союз –после смерти Сталина. Два года правления Маленкова – это такой, я считаю, очень странный период.

Николай Стариков: По сути, это все мы можем назвать Хрущевским периодом в советской истории.

Александр Бородай: Наверное, да.

Николай Стариков: Это действительно другой Советский Союз. Я хочу сказать, что этот период истории очень плохо изучен вообще. Все мы (я уж, простите, возьму на себя смелость, сказать за всех, может быть, меня поправят) очень хорошо знаем период 30-х годов: эта борьба, эти процессы сталинские, эти покушения, убийство Кирова и так далее. Хорошо знаем период Великой Отечественной войны, немножечко – период восстановления, а дальше – белое пятно. Вот спроси рядового гражданина, что было в Советском Союзе году в 49-м, вряд ли что-то ответит. Дело врачей, какие-то либеральные мифы, да, какие-то судебные процессы: Ленинградское дело, может быть, вспомнят… А что было в экономике, как развивалась страна – ведь никто это не говорит.


Читать интервью полностью…

Tags: Медведев, жульё, коррупция, либерализм, олигархи, правительство
Subscribe

promo pravdoiskatel77 february 14, 2020 01:31 Leave a comment
Buy for 60 tokens
Оригинал взят у beriozka_rus в За сносом в Европе памятников героям Второй мировой войны стоят США Американцы требуют от одной из восточноевропейских стран ускорить снос памятников героям Красной армии. Об этом заявил глава МИДа Сергей Лавров. Речь может идти о Польше или Болгарии,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment