pravdoiskatel77 (pravdoiskatel77) wrote,
pravdoiskatel77
pravdoiskatel77

О женском равноправии



colonelcassad: Поздравляю представительниц прекрасного пола с Международным Женским Днем. Сегодня, хотелось бы напомнить, что в основе сегодняшнего праздника лежала и лежит именно борьба за равноправие женщин, что еще век назад было более чем актуальной проблемой, а в некоторых регионах Земли, остается проблемой и поныне. Речь здесь не идет о воинствующем феминизме, а именно о равноправии, за которое приходилось воевать в том числе и оружием.

Не подумайте, что я троллю и прикидываюсь дурачком, но мне искренне хочется понять (объясните, пожалуйста): о каком равноправии идет речь?

О праве голосовать? Как монархист и далеко не поклонник буржуазных демократических республик, не могу сказать, что вижу здесь какой-то плюс. Как минимум, это "завоевание" мне ни о чем не говорит.

О праве раздеваться на камеру, работать проституткой и стриптизершей? Естественно, будучи традиционалистом и православным, к подобного рода занятиям я отношусь в крайней степени нетерпимо. Поэтому, не вдаваясь в длительные рассуждения, по этому пункту тоже незачот.

А может речь идет о праве женщин на "карьеру" и статус бизнес-вумен? Для меня, опять же как для традиционалиста, да и просто как для нормального мужика, все эти выкрутасы выглядят совершенно излишними. Если есть такие "сильные" женщины (а они действительно есть), уверен, столь мощные дамы сами добьются своего, примеров тому - более чем достаточно. В создании каких-то тепличных "условий" и уж тем более в какой-то "борьбе за права" они точно не нуждаются. А вот лепить из подобных исключительных случаев мечту и стандарт жизни для целых поколений - это уже явный выход за рамки, грубо разрушающий столетиями и тысячелетиями складывающуюся систему социальных взаимосвязей.

Так о каком равноправии в таком случае весь разговор?

Когда мне говорят о женском равноправии, я все время вспоминаю отрывок из статьи итальянского журналиста Тициано Терцани, в которой он поделился своим проницательным взглядом на нью-йоркских женщин, на тот самый тип свободной и эмансипированной женщины. Обязательно ознакомьтесь с этим небольшим, но очень содержательным и глубоким текстом:

Иногда возникало впечатление, что нас, тех, кто любовался красотой Нью-Йорка, было на самом деле совсем немного, кроме меня, которому приходилось столько ходить пешком, и нескольких нищих, готовых противостоять ветру. Все, кого я видел, казалось, были нацелены только на выживание; главным для них было не дать себя раздавить ничему и никому. Война, вечная война - неважно с кем.

Одна из таких войн казалась мне, прожившему двадцать пять лет в Азии, особенно непривычной - это была война между полами. Причем боевые действия здесь велись одной стороной - женщинами против мужчин. Сидя под большим деревом в Сентрал Парке, я наблюдал за этими воительницами. Они шли крепкие, упорные, уверенные в себе, запрограммированные, как роботы. Сначала - утренняя пробежка. Взмокшие, в вызывающе облегающих спортивных костюмах, с волосами, собранными в пучок. Позже путь на работу: офисная униформа - деловой черный костюм, черные туфли, черная сумка с ноутбуком, волосы распущенные, еще влажные после душа. Красивые и ледяные, излучающие высокомерие и презрение к окружающим. Все то, что мое поколение считало «женственным», куда-то исчезло, сметено этим новым, вывихнутым представлением о том, что необходимо уничтожить различия, сделать всех одинаковыми и превратить женщин в уродливые копии мужчин.




Фолько, мой сын, - он тоже вырос в Азии - рассказывал, как через несколько дней после приезда на учебу в Нью-Йорк он попытался открыть дверь в аудиторию, чтобы пропустить вперед свою однокурсницу, а та осадила его со словами: «Эй, ты что же, воображаешь, что я сама не могу открыть эту …ную дверь?» Он подумал, что эта девушка - исключение, но ошибся, это было правило. И чем мускулистее и высокомернее женщины, тем более запуганными и неуверенными становятся мужчины. Если они нужны для зачатия ребенка, их используют по назначению, а потом, когда дело сделано, «производителя» отправляют обратно. И что же в итоге? А в итоге, по-моему, все несчастны.

Сидя под деревом или глядя в окно, я наблюдал за картинами, которые мне казались вторым актом той же пьесы: обилие одиноких женщин, сорокалетних, пятидесятилетних, часто с сигаретой в зубах, собаками на поводке - возможно, названными в честь отсутствующего в их жизни мужчины. «Билли, ко мне». «Нет, Билли, не переходи дорогу сам». «Билли, пошевеливайся, идем домой». Это были те же самые женщины, которые сколько-то лет тому назад бегали по утрам, чтобы сохранить фигуру. Теперь они уже немолоды; юность была потрачена на мечту о воинствующей свободе. И вот все это обернулось одиночеством, легким нервным тиком, многочисленными морщинами и как минимум, насколько я мог наблюдать, тяжелой меланхолией.

Я часто вспоминал индийских женщин, еще таких женственных, таких уверенных в себе - но совсем по-другому. В сорок или пятьдесят они становятся еще изящнее и чувственнее, чем в двадцать. Не атлетически сложенные, а естественно прекрасные. Вот уж действительно, обратная сторона луны. И кроме того, индийские женщины, как и европейские женщины из поколения моей матери, никогда не бывают одиноки: они всегда часть семьи, группы и никогда не оставлены на произвол судьбы.

Глядя в окно, я часто бывал свидетелем радикальной перемены места обитания: вот девушка приехала откуда-то покорять Нью-Йорк, волоча за собой сумку, в которой умещается вся ее жизнь. Я представлял себе, как она из газетных объявлений ищет жилье, спортзал для аэробики, работу за компьютером. А вот она идет на ланч, стоит в салат-баре, орудуя пластмассовой вилкой. А вечером - курс кундалини-йоги, которая, как ей обещают, пробудит всю ее сексуальную энергию для того акта, который когда-то мог стать чем-то божественно прекрасным, а сейчас, в лучшем случае, превратился в своего рода спортивное соревнование: Джоан побеждает Боба со счетом 4:2.



В итоге и эту девушку, летящую, как ночная бабочка, на огни Нью-Йорка, поглотит большая человеческая топка, постоянно подпитывающая жизненной энергией этот странный город. Через десять-двадцать лет, возможно, она станет одной из тех печальных женщин, за которыми я наблюдал, - молчаливых, запуганных, без друзей, без родных, ожидающих в кресле Онкологического центра, чтобы их прооперировали или сообщили результаты какого-нибудь тревожного анализа.


-----------------------

Я не буду сейчас ничего писать в ответ на легко прогнозируемые крики про ужасы патриархального общества и про то, как женщина страдала "в прежние времена". Просто приведу одну историю, которую многие возможно уже слышали:

Компания Сименс работает в России вот уже более 150 лет. Начиналось всё с прокладки телеграфов в Санкт-Петербурге. Основной материал для кабелей и проводов был медь, большие залежи которой были на Кавказе.
Когда Карл Сименс начал разработку залежей меди на Кавказе основной сложностью было нежелание мужчин работать в шахтах. Все необходимое они получали от натурального хозяйства и в деньгах не очень нуждались.

Тогда Сименс открыл в селах лавки, торговавшие украшениями и другими товарами для женщин...


Казалось бы! В таком патриархальном регионе, где женщины представляются многим из нас на положении молчаливых рабынь, еще 150 лет назад, задолго до появления демократического интернета, эти самые женщины в такой степени рулили своими мужиками, что те были готовы ради прекрасных половинок на самые крайние для себя шаги.

Как это не похоже на те устоявшиеся стереотипы, которые прочно въелись в наше подсознание и определяют наше отношение к целым эпохам и культурным явлениям.

Классический пример: "мрачное Средневековье". Зайдите в любой этнографический музей и посмотрите на сохранившиеся национальные костюмы. На их краски и соцветия. И вспомните, какой показана соответствующая одежда в исторических фильмах и литературе. Какое-то мрачное ужасающее рубище. Сегодня мы достоверно знаем: в Столетней войне двух ведущих европейских держав погибло людей меньше, чем при обычной демократической революции в гуманистическом и светлом XXI веке, но именно Средневековье по-прежнему мрачное и недоброе. Мы выросли с этим. Некоторые стереотипы с ранних лет впитываются нами из всей окружающей информационной среды. Так же, например, и монархия представляется неким отжившим свое рудиментом просто потому, что она - монархия. Даже в самом слове слышится своеобразный анахронизм. В учебнике по истории - пожалуйста. В качестве традиционного декоративного института (там, где сохранилась) - пожалуйста. Но не может быть и речи о восстановлении полноценной монархической формы правления. Абсурд, скажет большинство.

На самом деле, всё это - обильная пища для серьезных обстоятельных разговоров и дискуссий. Но только не с троллями и очевидными полудурками, а с нормальными людьми, которые пусть и не придерживаются нашей позиции, но вполне адекватны для того, чтобы добросовестно с ней ознакомиться и максимально беспристрастно оценить. Например, очень хочется (да ленится) написать про "Домострой". Давно уже пора развеять нелепые мифы и иллюзии относительно и самой книги, и в целом - той эпохи и положения в ней женщины.

Но пока хотелось бы обратить внимание вот на какой довольно очевидный факт: история развития христианского общества - это история облагораживания человека, культурного и нравственного роста нашего общеевропейского социума. Это эпоха постепенного возвышения человеческих представлений о самом себе и о мире, в котором мы живем. И, между прочим, о женщине. История Наташи Ростовой невозможна в античном мире. Именно мужчине-христиане вознесли женщин на тот высокий пьедестал, на котором они покоятся до сих пор. Вроде бы и очевидный для образованного человека вывод, а в то же время часто ли вы его слышите? Скорее наоборот, согласитесь. Что же до охоты на ведьм, дорогие антиклерикалы, то это как раз не христианство, а самый натуральный откат назад, в магическое друидское прошлое. В этих явлениях мы не слышим голоса евангельского Христа, не видим в них опору на Писание или Предание. Охота на ведьм - это не что иное как демонстрация слабости в усвоении христианских уроков, прорыв старых языческих пластов в массовом сознании несмотря на столетия воздействия иной духовной парадигмы.

Ну а пока вы раздумываете над потоками моего сознания, может кто-то все же объяснит (ибо я на самом деле не понял): в чем равноправие-то? За что боролась Клара Цеткин? За вот эту тетеньку?


Tags: женщины, феминизм
Subscribe
promo pravdoiskatel77 february 14, 01:31 1
Buy for 60 tokens
Оригинал взят у beriozka_rus в За сносом в Европе памятников героям Второй мировой войны стоят США Американцы требуют от одной из восточноевропейских стран ускорить снос памятников героям Красной армии. Об этом заявил глава МИДа Сергей Лавров. Речь может идти о Польше или Болгарии,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments